Дедушка Бенни на севере Арктики
Автор: Ран Леви
В тот день мы с моей сестрёнкой Майей играли во дворе у дедушки Бенни и бабушки Розы. Этот двор казался нам самым чудесным местом на свете, ведь здесь были и попугаи, и собаки, и кошки, и кролики – настоящий зоопарк! Мы могли баловаться с нашими питомцами допоздна, ведь бабушка не заставляла нас рано ложиться спать. Вот и в тот раз мы так увлеклись игрой с крольчатами, что не заметили, как село солнце и наступил вечер.
Когда кролики устали, мы закрыли их в специальном вольере. В это время на крыльцо вышел дедушка.
– Дэвид, Майя! Темнеет, становится холодно, пойдёмте в дом.
– Но мне совсем не холодно! – возразил я.
– И мне, – сказала Майя.
– В самом деле? По правде говоря, мне тоже – особенно в моей тёплой шубе. Вы знаете, что я получил её в подарок, когда был на севере – в Арктике?
– Ты был в Арктике?! – удивилась Майя.
– Да. Меня даже преследовал там белый медведь! Неужели я не рассказывал вам об этом?
– Нет! – хором ответили мы, всем видом показывая, что очень хотим услышать эту историю.
– Это было давно, – охотно начал свой рассказ дедушка. – Я работал почтальоном и развозил посылки. Когда в тот день ко мне в руки попала длинная и узкая коробка, я и подумать не мог, что она вовлечёт меня в удивительное приключение. К коробке прилагалась записка, в которой было указано: «Старейшине деревни Саллуит».
– Дедушка, а что это за деревня и где она находится? – спросил я.
– Тогда я этого не знал, – признался дедушка Бенни. – Очень долго я искал её на карте и нашёл, в конце концов, в Канаде, недалеко от Северного полюса. Я положил в сумку пару вкусных бутербродов, надел свою самую тёплую одежду, взял эту странную длинную коробку и отправился в путь.
Деревня Саллуит оказалась совсем небольшой. Она пряталась в снегу между ледяными холмами и показалась мне самым холодным местом в мире. Там было так холодно, что в моей дорожной фляжке вода замёрзла! Я не мог поверить, что кто-то может жить в таком «морозильнике», но местные жители – эскимосы – не боятся холода.
– Эскимосы? – переспросил я, и мы с Майей засмеялись. – Они что… обожают эскимо?
– Слово «эскимос» означает «сыроед». То есть тот, кто ест сырую рыбу и мясо. Эскимосами их когда-то прозвали индейцы, с тех пор так их стали называть во всём мире.
– А почему они не боятся холода? – спросила Майя.
– Потому, что знают, как с ним справиться, – ответил дедушка. – Они носят толстые шубы, которые шьют своими руками. Эти шубы защищают их даже от самых сильных морозов.
Направляясь вглубь деревни, я думал о том, какие необычные люди эти эскимосы, и с интересом их рассматривал. Как и у всех народов Арктики, у них были круглые лица, узкие глаза и гладкие чёрные волосы. Я так увлёкся своими наблюдениями, что чуть не столкнулся с мальчиком лет семи.
– Привет. Как тебя зовут? – спросил я.
– Покиг, – ответил он.
– Покиг, я ищу вашего старейшину. Может, ты знаешь, где я могу его найти?
– Он уехал в соседнюю деревню. Вон по той дороге, – мальчик рукой показал направление. – День-полтора на санях, и вы – на месте.
– Что ж, придётся отправиться туда. Мне нужно передать ему посылку. Спасибо за помощь.
– Не за что... Я поеду с вами, – неожиданно заявил он. – Мало ли что.
– Э-э-э… Это лишнее. Не стоит беспокоиться, – возразил я.
– Я поеду с вами, – настаивал Покиг.
– Нет-нет, это невозможно. Извини. Мне очень жаль, – сказал я и поспешил прочь.
В деревне я взял напрокат сани и десяток отличных ездовых собак. Ещё мне пришлось купить в местном магазине палатку, запастись едой для себя и сушёной рыбой для всей собачьей стаи. А когда я вышел из магазина, меня ждал сюрприз. Покиг, как ни в чём не бывало, сидел на моих санях.
– Слушай, я действительно не могу взять тебя с собой, – примирительным тоном сказал я ему.
Но Покиг не уступал.
– Я еду с вами! – заявил он.
– Нет, не едешь!
– Нет, еду!
– Нет, нет и нет!
– Да! Да! И да!
– Нет!
– Да!
Мы препирались целый час, пока я не сдался. А что мне было делать? Не вытаскивать же его из саней силой?! Этот маленький эскимос оказался упрямым, как баран! В общем, мы вместе запрягли собак, сели в сани и отправились в соседнюю деревню.
Сильные резвые псы без устали тянули наши сани по снегу. Дул холодный ветер, и острые мелкие снежинки, словно иголочки, кололи лицо.
Всё бы ничего, но вскоре меня стало беспокоить чувство тревоги. Это чувство всё нарастало и нарастало… и вызвано оно было тем, что становилось темно. Солнце слишком быстро садилось. Я посмотрел на часы и не поверил своим глазам: был полдень, всего двенадцать часов дня! Как такое может быть? Немного подумав, я повернулся к Покигу и спросил:
– Скажи, почему солнце село так рано?
Покиг ответил с радостью:
– Потому, что мы находимся близко к Северному полюсу. Летом солнце никогда не заходит, даже ночью. Лето у нас – это длинный-предлинный день. А сейчас поздняя осень, и дни очень короткие. Через месяц придёт зима – и солнца не будет вовсе.
Вот так, совершенно неожиданно для меня, в самый разгар дня наступила ночь. Пришлось остановиться, чтобы приготовиться к ночлегу и поставить палатку.
Я покормил собак и уже хотел лечь спать, когда увидел, что Покиг стоит на краю ледяного обрыва и заворожённо смотрит в небо, словно околдованный невидимой силой… Я подошёл к нему, посмотрел вверх и замер от восторга. Невероятно! По небу струились, текли, бежали светящиеся разноцветные полосы. Светло-зелёные, красные, фиолетовые... Они мерцали и танцевали в ночи, словно пламя в камине. Я чуть не потерял дар речи! Это было чудо! Самое настоящее чудо! И я видел его своими глазами! Потрясающе!
– Красиво, правда? Это полярное сияние, – сказал Покиг. – Папа рассказывал мне, что оно возникает тогда, когда маленькие частицы солнечного ветра ударяются об атмосферу Земли.
– Ты знаешь, что такое атмосфера? – удивился я.
– Конечно! Вся наша планета окутана плотным слоем воздуха. Он-то и называется атмосферой Земли. Там, где кончается атмосфера, начинается космос, – сказал Покиг.
– Это тебе тоже папа рассказывал? – спросил я.
– Ага, – кивнул Покиг и почему-то улыбнулся.
Я смотрел на полярное сияние долго, пока не закружилась голова. Потом мы с Покигом залезли в палатку и легли спать, а собаки остались ночевать у саней.
– Дедушка, а разве им не было холодно ночью на морозе? – спросила Майя.
– Нет, только не этим, – ответил дедушка Бенни. – Это были особенные полярные собаки – хаски. Говорят, что они произошли от самых преданных человеку собак и настоящих северных волков. Люди были рады тому, что их собаки и волки создавали семьи. Когда на свет появлялись щенки, люди брали на воспитание самых сильных, выносливых и послушных из них. Потом эти щенки вырастали и тоже создавали свои семьи, и у них тоже рождались щенки. Так появилась новая порода собак – хаски. Хаски стали самыми лучшими ездовыми собаками в мире. Они могут тянуть сани с тяжёлыми грузами день за днём в сильный мороз, страшную вьюгу и снегопад, не сбиваясь с пути… и, несмотря на то, что среди предков хаски есть волки, эти собаки преданы человеку всей душой.
И я был рад, что они спали на улице... потому что утром мы с Покигом проснулись от лая.
Я выглянул из палатки и замер от ужаса. Прямо ко мне шёл огромный белый медведь! Я хорошо видел его длинные и острые, как кинжалы, когти, и слышал, как хрустит снег под его лапами. В раскрытой пасти были видны страшные зубы. Медведь угрожающе зарычал, и я с криком «Покиг, беги!» со всех ног помчался к саням.
Покиг выглянул из палатки, посмотрел на медведя и снова спрятался.
– Беги! – кричал я, запрягая собак в сани. – Покиг, сюда! Скорее!
Медведь тем временем стал бродить вокруг палатки и принюхиваться. Я уж было хотел в очередной раз позвать Покига, но в этот момент он сам вышел из палатки с удочкой в руке. От изумления я уронил поводья, за которые держал собак.
– Покиг, нужно бежать отсюда! – крикнул я, но упрямый мальчишка не послушал меня.
Он быстро сделал прорубь во льду, сел и стал ловить рыбу.
Мои крики явно раздражали медведя и, забыв про палатку, он бросился ко мне. Дрожащими руками я схватил поводья и прицепил их к саням. Медведь как будто почувствовал, что я могу вот-вот ускользнуть от него. Он зарычал так свирепо, что у меня замерло сердце. Рык медведя напугал собак, и они рванули вперёд. В самую последнюю минуту я успел зацепиться за сани и влезть на них.
Собаки бежали по собственным следам вокруг палатки, а медведь преследовал нас. Конечно, больше всего на свете мне хотелось умчаться отсюда на край света, подальше от медведя. Но я не мог оставить Покига, а этот упрямый мальчишка словно сошёл с ума!
Медведь был очень злым, и мне никак не удавалось оторваться от него. Иногда он оказывался настолько близко, что мог схватить меня за сумку. Так страшно мне ещё никогда не было!
Внезапно раздался громкий крик.
– Эй! Эй!
Это был голос Покига. Мальчик стоял у проруби и махал нам руками. Рядом с ним на льду лежала горка только что пойманной рыбы.
– Эй, медведь! – закричал Покиг. – Твой завтрак готов!
Медведь остановился. Он поднял нос, принюхиваясь. Я придержал собак и, затаив дыхание, стал следить за ним.
Медведь не заставил себя долго ждать. Он повернулся и направился к угощению, которое приготовил для него Покиг. Сам Покиг в это время медленно отошёл от проруби и вскоре оказался рядом со мной. Я помог ему взобраться на сани.
– Белые медведи очень любят рыбу! – радостно сообщил он, явно довольный собой.
И правда, медведь с невероятным аппетитом набросился на свежую рыбу. Наевшись, он похлопал себя по животу, зевнул во всю пасть, показав ряд острых зубов, и заснул.
Вот так неожиданно всё закончилось! Медведь храпел и был явно счастлив, но мы были ещё счастливее. Я с облегчением вздохнул и положил руку мальчику на плечо:
– Покиг, какой же ты молодец! Это была отличная идея – накормить его!
Маленький эскимос гордо улыбнулся и сказал:
– Папа научил меня правильно пробивать лёд и ловить рыбу. Он говорит, что эскимосы так делают с давних времен. Мы ведь живём на замёрзшем море!
– А я подумал, что ты просто сошёл с ума, – честно признался я, и мы рассмеялись.
Мы собрали палатку и снова отправились в путь. Наконец, впереди показался необычный белый домик, очень похожий на панцирь черепахи. Это была хижина из снега и льда – иглу, что на языке эскимосов означает «дом».
– Дедушка, а разве можно сделать дом из снега? – спросили мы с Майей.
– Конечно.
– Но ведь там, наверно, холодно? А почему иглу не тает? Как они это делают? – наши вопросы посыпались на дедушку один за другим.
– Эскимосы специальным ножом вырезают из снега большие кирпичи. Затем укладывают их по кругу так, что получается купол. Щели между кирпичами заливают водой, и они тут же покрываются льдом. Потолок и стены иглу изнутри покрывают шубами. Когда эскимосы разводят огонь, чтобы согреться, эти шубы задерживают тепло и не дают стенам таять. Поэтому, даже в самый лютый мороз, внутри иглу очень тепло.
– А белые медведи не могут туда попасть? – спросила Майя.
– Чтобы этого не случилось, вход в иглу на ночь закрывают большой ледяной глыбой, – объяснил нам дедушка Бенни.
Когда мы подъехали к ледяному дому-иглу, из него вышел высокий и сильный эскимос. Покиг тут же выпрыгнул из саней и с криком «Папа!» бросился ему на шею.
Я увидел, как они обнялись, и только теперь понял, почему мальчик так сильно хотел поехать со мной. Эскимос пожал мне руку и сказал:
– Я Атанг, старейшина деревни Саллуит.
Я тоже представился и рассказал ему о встрече с медведем и о том, как Покиг спас нас. Атанг слушал и улыбался. Он гордился своим сыном.
– Не зря мы с мамой дали ему имя Покиг, – сказал он, когда я закончил. – «Покиг» на нашем языке означает «умный».
– Да, он очень умный, – согласился я. – Без него я бы не добрался сюда! А ведь у меня для вас важная посылка, – я отдал Атангу ту самую коробку, из-за которой и начались все мои приключения.
Атанг раскрыл коробку, загадочно улыбаясь.
– Покиг, помнишь, что я обещал тебе на день рождения? – спросил он.
– Да! Новую удочку! Так это она?! – удивлённо воскликнул мальчик. – Спасибо, папа!
Он схватил свой подарок и стал прыгать от радости вокруг нас.
– Давайте устроим рыбалку! Давайте ловить рыбу прямо сейчас! Я буду самым лучшим рыбаком среди эскимосов, правда, папа? – кричал Покиг, а Атанг смеялся.
Я тоже захотел научиться ловить рыбу, как эскимосы, и Атанг согласился мне помочь. Так что вскоре все мы – Атанг, я и Покиг – сидели у круглой проруби с удочками в руках. Мы поймали много рыбы. Так много, что, пожалуй, три белых медведя лопнули бы, съев наш улов на завтрак!
На следующий день на прощанье Атанг и Покиг подарили мне настоящую эскимосскую шубу. Я искренне поблагодарил их и отправился в обратный путь, вспоминая по дороге наши приключения. Что и говорить, это было незабываемо! – закончил свой рассказ дедушка Бенни.
– Дедушка, а давай подарим им ещё одну удочку! – воскликнул я.
– Или одного из наших кроликов, – добавила Майя.
– И сами поедем в Арктику, чтобы передать им посылку, – продолжил я.
– И посмотрим на полярное сияние! И будем кататься на санях! И покормим белого медведя! И у нас будут шубы, как у тебя! – перебивая друг друга, кричали мы с Майей.
– Конечно-конечно, – улыбаясь, сказал дедушка и повёл нас в дом. – Только сначала вам нужно немного подрасти. А сейчас пойдёмте пить горячий шоколад, который приготовила бабушка Роза. Он согреет нас не хуже эскимосской шубы.

